Об установлении факта принятия наследства и признании права собственности

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 12194 Судья: Венедиктова Е.А.

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе

председательствующего Тарасовой И.В.
судей Ильинской Л.В., Быханова А.В.
при секретаре Юрченко Т.А.

рассмотрела в судебном заседании 29 августа 2011 года дело № 2-2352/11 по кассационной жалобе Захарова В.М. на решение Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 07 июня 2011 года по иску Захарова В.М. к Войтинскому Б.С. об установлении факта принятия наследства и признании права собственности.

Заслушав доклад судьи Тарасовой И.В., объяснения Захарова В.М., его представителя Иванова А.Н., изучив материалы дела, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

У С Т А Н О В И Л А:

Захаров В.М. обратился в суд с иском к Войтинскому Б.С. об становлении факта принятия наследства после смерти матери, признании его принявшим наследство, выделении супружеской доли, включении ее в наследственную массу и произведении раздела наследственного имущества, признании за ним права собственности на …/… долю квартиры №… <адрес>.

В обоснование заявленных требований истец указал, что является сыном З.Е., умершей 05.04.1992 года, которая состояла в зарегистрированном браке с ответчиком Войтинским Б.С. с 26.04.1959. В период брака его матери с Войтинским Б.С. была приобретена спорная квартира, паевой взнос выплачен в 1987 году. На поминках своей матери принял часть причитающегося ему наследства, состоящего с ее личных вещей, драгоценностей, меховых изделий, в связи с чем полагает, что принял часть наследства, а, следовательно, все причитающееся ему наследство, то есть долю в супружеской доле матери на квартиру.

Решением Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 07 июня 2011 года Захарову В.М. отказано в удовлетворении исковых требований.

В кассационной жалобе ставится вопрос об отмене решения суда. Доводы жалобы сводятся к критике выводов суда, указывается на неправильное применение материального закона.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.

Из материалов дела следует, что истец является сыном З.Е., умершей 05 апреля 1992 года (л.д. 10, 11).

Войтинскому Б.С. на основании ордера №… от 26.09.1977 года, в который была включена жена З.Е., была предоставлена двухкомнатная квартира №…<адрес> (л.д.7).

Право собственности на указанную квартиру зарегистрировано за Войтинским Б.С. 13.02.1996 года на основании справки ЖСК от 09.02.1996 года о выплате паевого взноса (л.д.36).

Согласно наследственному делу №… после умершей 05.04.1992 года З.Е. с заявлением о принятии наследства обратился Войтинский Б.С. (л.д.27), им же и было получено свидетельство о праве на наследство по закону на часть имущества (л.д.34); сведений об обращениях иных лиц не имеется.

Поскольку З.Е. умерла в 1992 году, наследство открылось до введения в действие части 3 ГК РФ, к указанным правоотношениям должны быть применены нормы ГК РСФСР.

В соответствии со статьей 532 ГК РСФСР, действующего на момент открытия наследства, при наследовании по закону наследниками в равных долях являются в первую очередь дети, супруг и родители умершего.

Исходя из требований статьи 546 ГК РСФСР, для приобретения наследства наследник должен его принять. Признается, что наследник принял наследство, когда он фактически вступил во владение наследственным имуществом или когда и подал нотариальному органу по месту открытия наследства заявление о принятии наследства. Указанные действия должны быть совершены в течение шести месяцев со дня открытия наследства. Принятое наследство считается принадлежащим наследнику со времени открытия наследства.

При таких обстоятельствах, доводы истца о том, что он фактически принял наследство, получив от ответчика часть принадлежащих матери драгоценностей и меховых вещей, суд обоснованно посчитал несостоятельными в связи с тем, что принятие каких-либо вещей после смерти матери истец доказывал свидетельскими показаниями, оценивая которые суд указал, что они носят противоречивый характер, свидетели затруднились пояснить, какие именно вещи передавались, достоверно доказать вступление во владение истца наследственным имуществом (частью его) не представилось возможным; также суд принял во внимание, что указанные вещи Захаров В.М. получил от Войтинского Б.С., который их и принял после смерти своей жены и распорядился ими, передав их истцу, а не последний принял вещи наследодателя.

Под принятием наследства понимается выражение намерения со стороны лица, призванного к наследованию, вступить во все юридические отношения, вставляющие в совокупности наследство. Намерение приобрети наследство путем владения и управления наследственным имуществом должно заключаться в отношении наследника к этому имуществу как к своему; действия, совершаемые наследником в отношении этого имущества, должны быть как можно более убедительными.

Доказательств, подтверждающих, что истец принимал участие в содержании наследственного имущества, нес соответствующие расходы по его содержанию, оплачивал соответствующие налоги, истцом не представлено, напротив из представленного следует, что в течение 18 лет Захаров В.М. наследством не интересовался.

Довод истца о том, что доказательством принятия им наследства является получение денежных средств в виде вкладов, принадлежавших умершей З.Е., также обоснованно не принят судом во внимание, поскольку согласно статье 561 ГК РСФСР вклад, на который сделано завещательное распоряжение, не входит в состав наследственного имущества и на него не распространяются правила по наследованию. В данном случае истец распорядился денежными средствами согласно завещательному распоряжению, что как указано выше не может быть расценено как фактическое принятие части наследственного имущества, поскольку таковым не является.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд пришел к правильному выводу о том, что каких-либо действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства в соответствии с действующим законодательством, истцом предпринято не было.

Право на наследство является субъективным гражданским правом каждого наследника в отдельности и осуществляется каждым из них самостоятельно, по своему усмотрению.

Материалами дела установлено, что истец никоим образом не проявил своего отношения к приобретению наследства в течение остановленного законом для этого срока, с заявлением о выдаче ему свидетельства о праве на наследство после смерти матери З.Е. в нотариальный орган не обращался, не намеревался вступать в наследственные права, знал о том, что на спорную квартиру ответчиком оформлено право собственности в 1996 году. Данное обстоятельство истцом не оспаривается.

Между тем, с заявлением в суд истец обратился только 10.02.2011 году.

Из содержания искового заявления также следует, что кроме установления факта принятия наследства истец просит произвести раздел наследственного имущества после смерти З.Е., выделив ее супружескую долю.

Суд правомерно установил, что в данном случае имеет место спор о праве, разрешаемый в порядке искового производства, и соответственно, суд вправе был бы удовлетворить заявленные исковые требования только в случае, когда было бы установлено, что срок для принятия наследства пропущен истцом по уважительным причинам, и истец заявлял бы требования о восстановлении пропущенного срока для принятия наследства.

При рассмотрении дела судом установлено, что срок для принятия наследства пропущен истцом по неуважительной причине, поскольку Захаров В.М. обратился в суд спустя 18 лет после открытия наследства, хотя о смерти матери знал, знал также о предусмотренном законом шестимесячном сроке для оформления наследственных прав, истцу было известно о том, что Войтинский Б.С. оформил 1996 году право собственности на спорную квартиру, но не оспаривал свидетельство в судебном порядке в предусмотренный срок. Каких-либо доказательств уважительности пропуска истцом срока для обращения в суд, Захаровым В.М. не представлено.

Судебная коллегия считает правильным отказ суда первой инстанции в удовлетворении иска в части раздела наследственного имущества, признания права собственности на наследственное имущество, поскольку они являются производными от основанного требования, в удовлетворении которого отказано.

Обстоятельства, имеющие значение для дела, судом первой инстанции установлены правильно. Всем представленным доказательствам суд дал надлежащую правовую оценку в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, оснований для переоценки доказательств не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения, судом не допущено.

Руководствуясь ст. 361 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 07 июня 2011 года оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.